Гай и Мэдлин на скамейке в парке

Автор: Станислав Битюцкий

 

Guy and Madeline on a Park Bench

Реж. Дэмьен Шазелл

США, 82 мин., 2009 год


 

Сюжет фильма Дэмьена Шазелла можно уместить в традиционную формулу: парень расстается с девушкой, они встречаются с другими, они снова сходятся вместе. В самом начале Гай и Мэдлин расстаются на скамейке в парке. Затем Гай встречает Елену и начинает жить с ней, Мэдлин крутит роман с французским певцом, но не может забыть Гая. Гай играет на трубе в джазовых ансамблях и фанатеет от Клиффорда Брауна. Мэдлин возвращается к работе официанткой. Гай и Мэдлин снова оказываются вместе. Казалось бы, стандартная история, по лекалам которой сняты сотни фильмов. Но при этом фильм Шазелла все равно является одним из самых вдохновляющих дебютов американского инди-кино последних лет. Весь секрет здесь заключен в главном ингредиенте фильма – его музыкальной составляющей. К этому можно добавить мамблкоровскую стилистику, воздушность камеры подобно той, что мы видели у братьев Сэфди, и особую магию 16-мм пленки. Но музыка – это то, что все равно останется главным.

Здесь, правда, стоит забыть все вышесказанное и представить, что перед нами самый настоящий мюзикл. С отсылками к Минелли, с чечеткой Фреда Астера и милыми песенками Джина Келли. В этом случае все придирки к скудности сюжета становятся излишними. Режиссер Дэмьен Шазелл оказывается современным безумцем, помешанным на мюзиклах. А сам фильм и вовсе становится тождественен самой музыке – с ее спонтанностью и импровизацией, сменой настроения, шероховатостями и эмоциональностью.

Вот вступительные аккорды Джастина Гурвица (великолепный дебют в качестве композитора) – отрывки из прошлого, где Гай учит Мэдлин играть на трубе, где они расстаются, не сказав друг другу ни слова. Вот неожиданно волнительный момент – Гай встречает другую девушку, Елену, в метро, и в переполненном вагоне, словно танцуя, они впервые касаются друг друга. Затем идут небольшие соло  – Мэдлин, Гая. Настроение меняется от кадра к кадру. От меланхолии все переходит к безудержному веселью. От веселья к волнительному ретро. Шумная вечеринка становится комнатой с «американцами в Париже». «Джинджер и Фред»  встречают «Женщина есть женщина» Годара, а неподалеку неизменно маячат «Тени» Джона Кассаветеса.

При этом у Шазелла, в отличие от того же Эндрю Буджалски и прочих мамблкоровцев, все диалоги сведены к минимуму, а эмоции передаются посредством музыкальных номеров. Именно они призывают героев к коммуникации, они же и ведут всю историю. В то же время, любая попытка обычного разговора всячески норовит разорвать отношения. Так застенчивая Мэдлин только танцуя, обретает уверенность в себе, через песни она формулирует свои чувства, и с их же помощью легко сбегает из своего заточения в закусочной к свежести осеннего парка. В это же время Гай вместо признания в любви или слов недовольства предпочитает соло на трубе.

Таким образом и без того очень хрупкий фильм Шазелла оказывается сотканным из множества противоречий. Между реальностью и искусством, обыденностью и фантазией, музыкой и речью, мужским и женским. С далеко не кинематографичного вида героями и их трогательными отличиями (худой моложавый Гай и пухленькая Мэдлин, отбивающая чечетку), и неподвластным логике поведением.

Шазелл обрисовывает лишь контуры своих героев, оставляя множество недосказанностей и черных сюжетных дыр, что не так уж и плохо, как мы знаем, благодаря фильмам Ангелы Шанелек. Но вместе с тем его актеры, оказавшись без музыкальной поддержки, порой теряются на экране, а сам Шазелл, пытаясь спасти ситуацию в эти моменты прибегает к разнообразным уловкам в виде хитрых ракурсов, сверхкрупных планов и съемки против света. Но все это, в конечном счете, выглядит настолько мимолетным, что стоит камере вырваться к открытому пространству или услышать первые аккорды очередной мелодии, как все возвращается на круги своя. Дэмьен Шазелл вновь пускается в приключение по улицам Бостона, по джазовым клубам и маленьким квартирам.

В это приключение Шазелла, которому в момент съемок было всего 24 года, берет с собой компанию таких же безумцев. Он сам пишет слова всех песен, и помимо режиссера выступает оператором, сценаристом и монтажером. Его знакомый Джастин Гурвиц, известный ранее как сценарист одной из серий «Симпсонов», создает прекрасную музыку. Исполнительница роли Мэдлин, Дезире Гарсия, защитившая диссертацию о мюзиклах, ставит танцевальные номера. Отец Шазелла играет французского эстрадного певца, его сестра - одну из юных героинь. Практически весь скудный бюджет фильма уходит на запись оркестровок Братиславским симфоническим оркестром. И все вместе это, кажется, звучит слишком абсурдно, чтобы быть лишь фантазией, привидевшейся на экране.

 


главная о насархиврежиссеры | журнал

Copyright © 2010 - 2015 Cineticle. All rights reserved | Design by GreenArtProject