Интернет-журнал Cineticle

Реж. Марк Романек

Великобритания, США, 103 мин., 2010 год

Фильм Марка Романека «Не отпускай меня» (Never Let Me Go) снят по роману известного британского писателя японского происхождения Кадзуо Исигуро.  В жанре альтернативной истории рассказывается, как человечество в 60-ые победило болезни и старость и теперь живет в новом счастливом мире. Разумеется, благодаря тому, что стало разводить клонов на органы; после третьей «выемки» клон «завершается». Воспитание, а затем любовный треугольник таких клонов и изображается в фильме. Сама ситуация использования живых людей не как целей, а как средство, может вызывать у зрителя чувство нравственного раздражения, тем более что темы клонирования и пересадки органов в последние годы в agenda setting. Но сами герои воспринимают все это, как должное, как судьбу. Но, в сущности, ситуация всего лишь необычная, в нашем обществе происходят не менее ужасные вещи и мы их воспринимаем, как должное в силу привычки. Исигуро и Романек скорее используют эту ситуацию позитивно – знание о смерти (а продолжительность жизни клона определяется теломерами) позволяет обостренно чувствовать моно-но аварэ, печальное очарование преходящих вещей.  Персонажи медитативно и заворожено перемещаются по старинному зданию элитной школы, по сельской местности Англии, по улочкам приморского городка, касаются естественных материалов – толстое дерево, красный кирпич, серая шерсть.  А своего рода воплощением этого духа является 310-метровый пирс в Клеведоне, вздымающийся на тонких опорах на 30 метров, уходящий далеко в море и заканчивающийся напоминающим пагоду павильоном. Актеры очень убедительно обживают этот мир, заставляют забывать об условностях и допущениях, о сконструированности ситуации. Особенно замечательна Кэри Маллиган, до сих пор лишь пытавшаяся реализоваться в не очень удачных фильмах («Воспитание чувств», «Уолл-стрит:  Деньги не спят») . Кстати пришлась и анорексия Киры Найтли, совершенно не похожей здесь на топ-модель.

Концепции фильма и книги довольно различны. В книге и персонажи, и читатель сразу знают о том, что происходит, хотя и не все; им не врут, а лишь недоговаривают. На контрасте между невероятности происходящего и спокойствием описания и построена повесть. В фильме же мы в начале видим некое странное заведение, напоминающее таинственный интернат из «Невинности» Люсиль Хаджихалилович (некоторые кадры, вроде длинной дороги с фонарями, уходящей во тьму, практически скопированы из этого фильма). Затем молодая учительница мисс Люси (Сали Хоукс)  объявляет детям (а заодно и зрителю) прямым текстом шокирующую правду. Такое недоверие к сообразительности зрителя, стремление все истолковать «для дам», как говорили в 18-ом веке, работает против фильма, ведь речь идет о наличии у нас души, разума и свободы воли.  Повесть предоставляет эту свободу читателю, в то время как фильм, ратуя за свободу клонов,  впадает в перформативное противоречие, ограничивая в свободе зрителя, давя на эмоции и все растолковывая.