Ален Гироди: «Я мужчина, поэтому и снял фильм о мужчине»

Перевод: Влад Лазарев


Сценарист Лео (Дэмиен Боннар), герой фильма «Стоять ровно» Алена Гироди – потерянный человек. Когда мы впервые видим его, он едет куда глаза глядят, как будто бы в поисках цели. Он верит, что найдёт её, когда встречает на просёлочной дороге молодого и красивого Йоана (Базиль Мейора). Лео предлагает сделать из Йоана кинозвезду. Когда молодой человек отказывает ему, Лео продолжает свой путь и встречает Мари (Индия Хэйр), пастушку, с которой у него завязываются романтические отношения. Но Лео, пытаясь избавиться от непостижимого, теряет вдохновение и с приближением дедлайна готов делать что угодно, лишь бы не писать. Объединяя в себе сюрреализм с экзистенциализмом, фильм продолжает близкие Гироди темы, хотя по интонации «Стоять ровно» на сегодняшний день, возможно, самый игривый его фильм. Корреспондент StageBuddy Жозе Солис поговорил с режиссёром о писательстве, его одержимости природой и о квир-искусстве.


Кажется, я никогда ранее не видел фильма или произведения искусства, которое так полно охватывает концепцию прокрастинации…

Вы имеете в виду лень? (Смеётся.)

Вы рассказывали о написанных вами романах, которые навечно останутся «в столе», поэтому мне интересно, связано ли это с прокрастинацией главного героя?

К слову, я наконец-то написал роман, который будет опубликован! Он будет переведён на английский язык и также выйдет в Соединённых Штатах. Сколько себя помню, я всегда хотел снимать фильмы. Но, будучи ещё молодым, я понял, что это сложнее, чем кажется, поэтому я начал писать романы. Оказалось, что они не очень-то хороши, поэтому, в конечном счёте, вышло так, что я переделал свои романы в сценарии для фильмов. Во французском языке есть замечательное выражение «страх пустой страницы», оно значит то же, что и «творческий тупик» по-английски, и со мной такого никогда не происходило. Когда я сажусь писать, и ничего не выходит, я занимаюсь чем-нибудь другим.

Во время просмотра этого фильма, меня терзало сильное беспокойство, поскольку и у меня подходил дедлайн. Я задался вопросом, почему Лео не записывал всё, что с ним происходило, ведь вышел бы прекрасный сценарий. Можете рассказать, что вдохновило вас написать фильм о писательстве?

Хотя в фильме и идёт речь о писательстве, я считаю, что он не об этом. В каком-то смысле, фильм сам пишет себя, когда Лео отправляется в своё путешествие. Я считаю, что фильм гораздо проще, он о скитании, Лео скитается эмоционально и географически. И хотя у меня не бывало творческого тупика, я задался вопросом, что бы делал, если бы он у меня появился.


Кадр из фильма Алена Гироди «Стоять ровно»


Расскажите о своём отношении к природе. Всякий раз, когда природа появляется в ваших фильмах, она выглядит немного пугающей, в этом фильме даже есть волки!

(Смеётся.) Я очарован природой, но при этом я её боюсь. Я хотел исследовать природу, как нечто позитивное и нечто негативное. Также я хотел поиграть и с мыслями других. Я очарован широкими пространствами природы, а когда люди видят широкую пустыню, они могут быть и очарованы, и испуганы одновременно. В этом фильме есть и другие – волки, ребёнок.

Исторически именно женщины в кино обречены действовать по одному шаблону. В вашем же фильме, это делают мужчины. Мы видим старика, горько и одиноко слушающего музыку, и задаёмся вопросом: может ли Лео когда-нибудь стать им? Прокомментируете это?

Этот фильм часто играет с реверсией женских и мужских ролей. Этот фильм прямо-таки пропитан гендерной теорией, но в нём также присутствует и сильное экзистенциальное течение. Я показываю мужчин разных возрастов, от младенцев до стариков; различные виды родства и отношений, которые существуют и меняются с течением времени. Хотя, возможно, ответ куда проще: я мужчина, поэтому и снял фильм о мужчине. (Смеётся.)

В ваших последних двух фильмах видно сопоставление двух крайностей жизни квир-мужчин: в «Незнакомце у озера» показаны постоянно веселящиеся и занимающиеся сексом гомосексуалы, а в «Стоять ровно» показано, как гомосексуальный брак может привести к гетеронормативному поведению и разочарованию. Можете рассказать о различии между этими фильмами?

«Незнакомец у озера» рассматривается как гей-фильм, поскольку он изображает гомосексуальный мир, что придает новому фильму иную форму, ведь я хотел, чтобы он отошёл от этого изображения. В этом фильме мы видим гетеросексуальные отношения, потому что я не хотел, чтобы его идентифицировали лишь как гей-фильм. Кроме того, раз там есть отношения между двумя мужчинами, это не значит, что они гомосексуалы, я хотел уйти от этих барьеров, хотел сделать их немного более расплывчатыми. Хочу пояснить, что в «Незнакомце у озера» я имел дело с очень специфическим гомосексуальным миром в очень специфическое время, а не с гомосексуальным миром в целом.

«Стоять ровно» напомнил мне «Теорему» Пазолини. Оказала ли она влияние на ваш фильм?

Возможно, на бессознательном уровне. Я очень восхищён личностью Пазолини и его идеями, но «Теорема» мне не понравилась, поэтому я не сказал бы, что она оказала влияние на мой фильм.


Кадр из фильма Алена Гироди «Стоять ровно»


В течение фильма мы видим постоянные повторения. Можете рассказать о роли темпа в ваших картинах? В новом фильме вы заставляете зрителя думать, будто он знает, что сейчас произойдёт, а затем делаете поворот в другую сторону. На вас повлиял темп хорроров?

Я люблю жанровое кино, мне очень нравится Джордж Ромеро, и я думаю, что некоторые сцены в «Стоять ровно» имеют оттенок его лент. Говоря о повторениях, тут дело в двух вещах: это прекрасный драматический инструмент, поэтому я люблю его использовать, но на более простом уровне, повторение является частью жизни. Как назывался тот фильм с Биллом Мюрреем? «День сурка». Здесь та же история. (Смеётся.)

Кстати, скоро он станет мюзиклом на Бродвее.

О, нет! Мы всё превращаем в мюзиклы.

Расскажите, пожалуйста, о том, почему вы показываете тела, которые обычно в кино не считаются эротичными? Как вы полагаете, почему кинематограф не показывает, например, людей старшего возраста, заинтересованных в сексе?

Это, безусловно, проблема, поскольку во всех нас живёт стереотип, будто чувственность и сексуальность перестают существовать после определённого возраста. Я не знаю, почему так, но правда в том, что пожилые люди исчезают из нашего мира. Во время своей первой поездки в США в 2000 году, меня поразило, насколько это правдиво именно здесь. Нужно выглядеть определённым образом и быть определённого возраста, и этот образ мысли сейчас начинает превалировать в Европе. Думаю, мы хотим быть молодыми навсегда, это идеал, который мы храним, и старое тело ему не соответствует. Кинорежиссёры склонны снимать то, что отражает их собственные желания, и я не думаю, что большинство режиссёров-геев интересуют старые тела.


Interview: Alain Guiraudie on ‘Staying Vertical’, Writer’s Block, and Our Obsession with Youth


Перевод: Влад Лазарев




главная о насархиврежиссеры | журнал

Copyright © 2010 - 2015 Cineticle. All rights reserved | Design by GreenArtProject